[Вступление]:
[Куплет]:
Из пункта А в пункт В по лесной дороге скоростью Х идет дурачок.
С неба звездочки падают, как гордые ангелы, в башке играет гаражный рок.
Исходных данных не хватает, автостопа тоже нет, значит города В не достичь.
А в этом городе есть междугородний телефон и без него невозможно жить.
Парням с ТВ, бывает, в стопе помогает фанта, а в черном небе летит самолет.
Но я, увы, предпочитаю фанте портвейн, так что сей камень не в мой огород.
Хотелось лечь поперек трассы, но услышал Бог, так что уже через три часа.
Все будет так, как пел уже Владимир Высоцкий: гудок и "Здравствуй, это я".
Я приезжаю в город В, но он точно такой же, как и уездный город N:
Пьяные рожи, табличка улица Ленина и лущит семечки под нею нацмен.
Меня встречают, обещают хлеб, соль, полный зал и вписку, а также памятников обзор.
Но телефонный провод сдал здесь на цветной металл на днях безвестный местный вор.
Во мне восстал Жеглов, Дзержинский и Малюта Скуратов, только толку мне в том не хрена.
Мне предлагают джин-тоник, и я его пью, чтобы не нюхать, как горят мои крыла.
Но - снова чудо: кто-то вспомнил, что в переговорном сегодня ночью на смене герла.
Его герла, а значит там возможна халява, гудок и "Здравствуй, это я".
[Проигрыш]:
[Куплет]:
Нет, монумент космонавтам мы смотреть не пойдем, нафиг подъезд, где бухает толпа.
Изобразив бесстрастие компасной стрелки, с кирпичным ликом я шагаю туда.
Где вполне рафаэлева телефонистка открывает мне свежайший секрет,
Что широка страна родная, неизвестны причины и по ним связи два часа уж как нет.
Это что, Кали Юга?! Новый Порядок?! Или Бен Ладен взял в заложники пару столбов?!
Это не Гоголь уже и даже не Кафка, и даже не Ильф и Петров!
Это вообще... Дальше пропуск, цензура,- короче, шел я через шесть этажей.
Но ползи хоть до девятого, пляши там на крыше - черный ворон, nevermore, туз пикей...
Короче, пьянка была, а после был концерт и я порвал четыре струны.
Всем, в кого верю, это была молитва, всему, что вижу - объявленье войны
Летали алые мухи, а за левым плечом пристроился незримый суфлер.
С телеэкрана египетским профилем сокола вещает некто Альберт Гор.
Под ветром бури равноденствий с треском занялись крыши красным отблеском на тьме наших лиц.
Холодным пламенем инферно, а тот, что слева, звал клиентов в клуб самоубийц.
Чтоб пристрелить геометрию Эвклида, где карта плоской Земли вольна.
Превращать в подобие доз героина гудок и "Здравствуй, это я".
[Проигрыш]:
[Куплет]:
Концерт закончен был как надо - приездом ментовки: руки за голову, мордой к стене.
Насколько все мы порой иногородни, настолько мы не в родной стране.
Товарищ сержант, я вам все расскажу про дом родной и про сад у реки,
Про закаты, рассветы, хотите даже спою, вы правы, мне края ваши чужи.
Да, да, прописка и сердце мои - в ином месте. Зачем я здесь? - Да я и сам не пойму.
Так отпустите ж... Хотите, вам все подтвердят - я для того на пять сек. позвоню.
Почему я хамлю?.. Захлопнулась дверь - теперь можно спать до утра,
Чтоб перепутать, во сне иль наяву добрый сержант и голос после гудка.
Заснуть мне не дали - тусовка приняла меры и принесла штраф двести рублей.
Мы вольные птицы, пора, брат, на вписку, с рассветом же опять на хайвэй.
На вписке ждет пиво с просьбой спеть "Убей янки" и прочая сансара сует,
А я не хочу ни туда, ни в нирвану - ватерло, надпись "выхода нет".
Но, как случаются сказки с херовым концом, так и реальность себе не верна:
Карета не стала тыквой, в мир вернулись все краски, где-то смерть от себя умерла.
Что случилось на вписке, я думаю, ясно, в сердце Псалма 90 слова
И "я, наверное, поздно, прости, что разбудил, звоню просто так, целую. Пока."
[Проигрыш]: