Наш Федя с детства связан был с землею,
домой таскал и щебень, и гранит.
Однажды он принес домой такое,
Что папа с мамой плакали навзрыд.
Студентом Федя очень был настроен
Поднять археологию на щит,
Он в институт притаскивал такое,
Что мы кругом все плакали навзрыд.
Привез он как-то с практики два ржавых экспонатика
И утверждал, что это древний клад.
Потом однажды в Элисте нашел вставные челюсти
Размером с самогонный аппарат.
Диплом писал про древние святыни,
О скифах, о языческих богах,
При этом так ругался по-латыни,
Что скифы эти корчились в гробах.
Он древние строения искал с остервенением
И часто диким голосом кричал,
Что есть еще пока тропа, где встретишь питекантропа,
И в грудь себя при этом ударял.
Он жизнь решил закончить холостую
И стал бороться за семейный быт.
- Я, - говорил, - жену найду такую -
От зависти заплачите навзрыд.
Он все углы облазил, и в Европе был, и в Азии
И вскоре раскопал свой идеал.
Но идеал связать не смог в археологии двух строк -
И Федя его снова закопал.