Посшибали задубелые колодки,
все канаты-якоря пообрывали
и, продрав запаутиненные глотки,
изготовились и рты пораскрывали.
Тут, куда ни глянь, такая заваруха —
взять бы, жахнуть в духе классовых традиций...
А башка раскалена, а в горле сухо,
и патетикой, убей, не разродиться
Как тут сообразоваться
с чувством гражданского долга?
Надо ж влететь так по-идиотски,
к цели заветной приблизясь!
Этак-то, братцы мои, и с голоду
вовсе подохнуть недолго!
Чудненько так всё было — и на тебе — бац! —
творческий кризис!
Просто что-то не кончается осень.
Просто весь трамвайный график нарушен.
Просто день с размаху хлопнулся оземь -
звёзды в стороны и темень наружу.
Просто листья шелестят — спасу нету.
Просто ты кого-то ждёшь не дождёшься.
Все гадаешь, где б я мог заблудиться...
Тут я, в кресле задремал. Успокойся!
Вот осядет на развалинах пылища,
Повитав, дымы улягутся устало.
Приземлюсь я на знакомом пепелище —
рассудить, о чём теперь вещать пристало.
Всех жлобов до одного — прах развеян.
Все свои, любых времён — как тут и были.
Вот ведь счастье! А прикинуть трезвее —
тема к теме — все отвратны, любые.
Как тут сообразоваться
с чувством гражданского долга?
Надо ж влететь так по-идиотски,
к цели заветной приблизясь!
Этак-то, братцы мои, и с голоду
вовсе подохнуть недолго!
Чудненько так всё было — и на тебе — бац! —
творческий кризис!
Только спят в музее вирусы гриппа.
Только в булочной поют до рассвета.
Только дворник, очумев с недосыпа,
самогон перегоняет в конфеты.
Только падает снежок на ресницы.
Только ты кого-то ждёшь не дождёшься.
Видно, я забыл дорогу до дома
и уснул на берегу Амазонки.