Он наверное дворник — он в рабочее время
Подметает клешами асфальт.
И его можно бы было обозвать дворянином —
Он на все отвечает: «Ол райт».
И как завыли слезливо — с голодухи помрём,
Он оставался спокойным как слон.
Сказал: «Не верь — ништяки лежат за каждым углом,
Так что нам с тобой стрематься облом».
И как в огромном городе не стало воды —
Не родишься без воды, не умрешь,
Он сказал: «Будет дождь — будут лужи полны»,
И закричал: «Пусть будет дождь!»
И сорвалась вода, и который день льет,
И я лакаю из лужи взахлеб.
Он сказал: «Тебя прет, а над тобою зима —
Она крыла твои заковует в лед».
И как в огромном городе не стало тепла,
Тух свет и закончился газ.
Он рассказывал мне, что такое урла,
И что такое спонтанный джаз.
А я сказал: «Я замерз». И это немудрено —
Двадцать градусов ниже нуля.
Он улыбнулся: «В левом кране есть теплая кровь —
Пей ее до светлого дня».
И как в огромном городе настала весна —
В городе не стало любви.
И для одних я был хам, для других я был мим,
А для третьих я был невидим.
И я пришел к нему, и я спросил: «Почему,
Почему умирает страна?»
Он улыбнулся, шепнул: «У меня есть сестра,
Она, по-моему, в тебя влюблена».