Опустив очи, слёзы не пряча,
Я стою молча у Стены Плача.
В паспорте виза, в голове перхоть,
"Адидас" снизу и "кипа" сверху.
Мне в это время спать уж пора бы.
Дремлют евреи. Дремлют арабы.
Только издревле, старая кляча,
Вечность не дремлет у Стены Плача —
А над Стеною звёзды пылают,
А за спиною Ерушалаим.
Мнится мне, Боже, здесь под луною:
Что мир огорожен плача Стеною —
Вашей нерезкой, нашей неброской,
Вашей еврейской, нашей кремлёвской.
Под луной низкой, круглой, как мячик,
Брошу записку у Стены Плача,
В ней попрошу я мир наш ворчащий,
Чтоб улыбался нам он почаще.
А над Стеною звёзды пылают,
А за спиною Ерушалаим.
Богу внимая, слёзы не пряча
Я понимаю у Стены Плача:
Хохот над Сеной, слёзы Содома —
Разные стены нашего Дома.
Значит — тем паче — вторю, как эхо:
За Стеной Плача есть Стена Смеха.
На краю света я стою, Боже,
У Стены этой и у той тоже.
А над стеною звёзды пылают,
А за спиною — Ерушалаим.