Не понимаю, что со мной, но как-то, постепенно
Я начинаю привыкать к войне.
И за соседскою бедой мне главное, наверно,
Что смерть пришла сегодня не ко мне.
А на Руси в углу святом была икона Спаса.
И Бог как мог людей своих хранил,
Но мы впустили зверя в дом. Я понял это ясно,
Когда вчера я друга схоронил.
От нашей жизни нынче на Руси
Становятся убийцами мальчишки,
И кто бы там чего не голосил,
Но это слишком, мужики, ей Богу слишком!
Мы в этой жизни все вконец от денег ошалели.
Людская жадность - это как чума.
И наши души стали гнить в позолоченном теле,
А в Божьем храме воцарилась тьма.
Сегодня всё пошло вразнос - и вера и законы.
И даже власть теперь уже не власть.
И горько, горько мне до слёз, что нынче кон за коном
Лишь пиковая шваль ложится в масть.
От нашей жизни нынче на Руси
Становятся убийцами мальчишки,
И кто бы там чего не голосил,
Но это слишком, мужики, ей Богу слишком!
Что мы оставим после нас в разрушенной державе
Помимо злобы в этих пацанах?
Они же, видя нашу жизнь, себя считают вправе
Жить на Земле, забыв про Божий страх.
Но это мы, а не они ввели порядок новый,
Который нам теперь не по нутру
И если не родит земля ни одного святого,
Откуда взяться на земле добру.
От нашей жизни нынче на Руси
Становятся убийцами мальчишки,
И кто бы там чего не голосил,
Но это слишком, мужики, ей Богу слишком!