Лопастями – в бездонную синь,
Вертолёт – в бесконечность дугою.
А внизу спит большая Сибирь,
И тайга разлилась, словно море.
Питьевой ходит по кругу спирт,
Завелись пацаны и девчата,
А на них как-то с грустью глядит
Человек весь седой, диковатый.
А на них как-то с грустью глядит
Человек весь седой, диковатый.
Выпей, дядя, давай, не грусти,
Мы с тайги возвращаемся вместе.
Мы в земле этой столько нашли,
И земля эта, дядя, на месте.
Завязался большой разговор,
На борту зазвенела гитара,
А его ждёт там, в Питере вор,
И братва в Красноярске с малявой.
А его ждёт там, в Питере вор,
И братва в Красноярске с малявой
Эта девочка смотрит давно,
Шрамы так украшают мужчину.
Жизнь, ведь это большое кино,
А в кино всё бывает красиво.
Над землею повисла заря,
Голоса в вертолёте умолкли.
Что же, здравствуй, Большая Земля!
Я не видел тебя очень долго.
Что же, здравствуй, Большая Земля!
Я не видел тебя очень долго.
Лопастями – в бездонную синь,
Вертолёт – в бесконечность дугою.
А внизу спит большая Сибирь,
И тайга разлилась, словно море.