Вступление
Я снова по своей земле иду,
Летный шлем застегнут на ходу.
Мой Ан-2, как ястреб быстрый,
В небе голубом и чистом
С рёвом набирает высоту.
Мой Ан-2, как пуля быстрый,
В небе голубом и чистом
С рёвом набирает высоту.
Вижу голубеющую даль,
В ней растут грибы, так землю жаль.
Жаль, что ты их не увидишь,
Путь мой труден и далек,
Мой Ан-2 несется на Восток.
Делаю я левый поворот,
Дозиметристы вновь кричат "Быстрей, пилот!".
Нагибаюсь над панелью,
Кукурузник мчится к цели,
Впереди еще один заход.
Вижу в небе вновь растут грибы.
Дайте пролететь сейчас, скоты!
Вижу я: дымится плоскость,
Не хочу встречаться с гробом...
Мой Ан-2 теряет высоту.
А в эвакуации жена.
Может быть, сейчас с другим она?
Нас ввязали в конец света,
Не простят нам Боги это,
Нам победа здесь не суждена.
Нас ввязали в конец света,
Не простят нам Боги это,
Нам победа здесь не суждена.
Я ползу по выжженной земле,
Молодым обидно погибать!
Будут матери молиться,
Будут лбом о землю биться,
Миру остается умирать...
Перед смертью только я спросил
Кто та сволочь, что нас всех убил?
И ответил ангел смерти
В этой адской круговерти:
Стал причиной рейс KE007.
И ответил ангел смерти
В этой адской круговерти:
Стал причиной рейс KE007.
Врёшь ты всё, не верю я тебе.
Ведь Огарков рассказал нам всем:
Они нарушили границу,
мы их просили приземлиться...
Впрочем, мне уже на все плевать.
Где-то далеко родной Донбасс.
Живы ли мои отец и мать?
Мой Ан-2 как зверь убитый
Догорает весь разбитый,
Мне на нём уж больше не летать.
Мой Ан-2 как зверь убитый
Догорает весь разбитый,
Мне на нём уж больше не летать