Она стояла на площади Ногина,
Так было проще понять, в чём её вина,
Чем она грешна и кому должна,
Как луна со дна стакана вина.
Очередь пьяных кричала "налей!",
*****маны в карманах несли по игле,
А прочая нечисть, кто на метле,
Кто на чёрном козле, летели к Лысой горе.
И каждый знал назубок свою роль,
И каждый прохожий называл пароль -
Похоже, лишь тот, кто не знает, в чём соль,
Не сможет понять, зачем нужна эта боль.
Она стояла одна, не видя окна -
Позади стена, впереди спина,
Вся в чёрном, словно вдова Ногина,
Она ждала пробуждения весны ото сна.
Эскалаторы шли в ритме танго Дали,
Бесконечным фанданго текли нули,
Инвалиды вдали брели, сняв костыли,
Короли Манго-Манго несли бутыли.
Незнакомка по Блоку, на шляпе перо,
Неизвестное место на карте метро,
Кольца на пальцах, на шее тавро,
Мартобря тридцать третье, граница миров...
Я мотаюсь между Ленинградом и Москвой
Я здесь чужой, я там чужой...
Ой-ой-ой-ой-ой...
Она была в плену своего тепла,
И сквозь её пелену вода не текла,
Дорога не шла за границу стекла,
Пирога плыла снизу из-за угла
В мире есть семь и в мире есть три
Есть люди, у которых капитан внутри
Есть люди, у которых хризолитовые ноги
Есть люди, у которых между ног - Брюс Ли
Субботний вечер, и вот опять
Я собираюсь пойти потанцевать
Я надеваю штиблеты и галстук-шнурок
Я запираю свою дверь на висячий замок
На улице стоит страшная жара,
Но я буду танцевать буги-вуги до утра
Я люблю буги-вуги
Я люблю буги-вуги
Я люблю буги-вуги
Я люблю буги-вуги
Меня били-колотили в огороде, во кустах
Проломили мою голову в шестнадцати местах
Левая нога - хрясь! пополам...
Правая нога - хрясь! пополам...
Соловей - соловей-пташечка
Канареечка жалобно поет
Раз поет, два поет, три поет
На четвертый петь перестает.