Городок островочками кровель
Утром робко раздвинет сирень,
Акварелью восхода в цвет крови
Соловьиную выкрасит трель.
От решетки свежо щеке,
Сыро в тесном подвальчике.
Мрак за плечи обнял, как брат,
Между прутьев небес квадрат.
Город взят бело-чехами
(власть пока что с прорехами).
Окна смотрят растерянно -
Снова воля расстреляна.
Казачье разудалое
Самогон жрет подвалами
Да бормочет "Вечерний звон"
Покалеченный граммофон.
В тишь полночного шепота
Дверь распахнута хохотом,
Коренастый есаул
Перегаром свечу задул.
А в палисадниках сирень, бледнея, осыпается,
И ставни наглухо в домах закрыты до утра.
Он ног босых и от подков никто не просыпается,
И спят, запутавшись в ветвях, весенние ветра.
Звонко цокают лошади
По булыжнику площади,
И шалеющий шашек свист
Радугой на ветру повис.
Синь лампасов, как карусель,
Рубят молча, со зла - в кисель.
И найдут - вижу как во сне -
Утром здесь лишь мое пенсне.
Из века в век все те же здесь
Бродяги и патриции,
И путь на волю лишь один,
И страсть у всех одна,
И кровь такая же везде
В столице и в провинции -
Идет в золе по всей земле
Гражданская война.