Кто-то решит то, что мы не умеем смеяться.
Мы привыкли терять, а терять слишком много.
Кто-то решит то, что нам пора умирать.
И хлеб-соль завернет нам в парчу и положит с собою в дорогу,
Никогда не поняв, для чего мы теряли,
Никогда не узнав,
Что мы будем жить вечно в глазах тех, кого мы любили.
Но едва ли узнали, сквозь вечность прищурив глаза.
Но узнав голоса, они нам улыбнутся из пыли
И еще раз напишут на окнах свои адреса.
Кто-то смеется нам в спину, а кто-то не верит
В то, что свобода и стопка решают судьбу
Даже когда мы стоим перед запертой дверью,
Не замечая того, как вокруг все бегут,
Никогда не поняв, для чего мы теряли,
Никогда не узнав…
Что мы будем жить вечно в глазах тех, кого мы любили.
Но едва ли узнали, сквозь вечность прищурив глаза.
Но узнав голоса, они нам улыбнутся из пыли
И еще раз напишут на окнах свои адреса.
Кто-то решит – мы паяцы, но только – от Бога.
Кто-то пошлет нас к чертям, потому что мы немы.
Но все мы в конце остаемся под вечностью неба,
Даже когда до него остается немного…
Никогда не поняв, для чего мы теряли,
Никогда не узнав, для чего…
Мы будем жить вечно в глазах тех, кого мы любили.
Но едва ли узнали, сквозь вечность прищурив глаза.
Но узнав голоса, они нам улыбнутся из пыли
И еще раз напишут на окнах свои адреса.