Я тебя никогда не увижу, прости,
Распрощаемся и нам поднимут мосты,
Мы с тобою расстанемся, даже не видясь,
Хоть выпустим сольные синглы.
Я в планете пустых и забвенных людей,
В площадях и каретах на них,
Разукрашу все руки под космоса цвет;
Заберу все орбиты планет в эту песню.
Нас с тобою размажет по стенке зенитом,
Меня извини за пропитые дни там,
Россия для грустных и для депрессивных,
Поэтому, верно, не съедем.
Музыканты дрались за красивую музу,
А дети ходили в театры на ТЮЗ,
Меня извини за разбитое сердце своё,
Но ведь ты начала это первой.
Распланирую жизнь и уеду подальше,
Чтобы больше не видеть, как ты тут живёшь,
Чтобы больше не видеть, как близкие плачут,
Чтобы больше не слушала грустный пиздёж.
Я рассеяный, пьяный, держу тебя за руку,
Но мы, наверное, в вокзалов тени, не вспомнят нас люди,
Но вспомнят мои пиздострадальческие стихи.
Распланирую жизнь и уеду домой,
Оставаясь лишь с прошлым туманным, озимым,
Ну а я тут сгнил совсем, в этой комнате,
В холоде, пиздострадал всю зиму.
Пропил все последние деньги,
Может, прибьёшь меня гвоздями на крест?
Я последний из рода романтиков в городе,
Я в ёбаном городе, что меня ест.
Мы умрём с тобой, так ничего не заметив.
На берег нас выкинет шторм или ветер,
Но знаешь, я не был счастливым,
И мне это, кажется, даже не светит.
Я рассеюсь в рассвета первых лучах,
Замотайся в свой ёбаный колющий шарф,
Я один из последних людей на планете,
Что могут о чувствах кричать.