По протоптанному снегу, с грузом белого спиртного.
Тащат девочек ребята, тащат лакомый кусок.
И девчонкам не осталось, ничего уже другого,
Как шагать за вновь знакомым с каблука и на носок.
Там где пили и смеялись, понатыканы окурки,
Там в снегу лежат бутылки, сало, рыбные хвосты.
Рады черные вороны и старик в зеленой куртке.
Этим есть чем поживится - тот к бутылкам, что пусты.
А летом просто красота! Горсад кишит людьми,
Забиты злачные места. И лишь услышим: "Милиция!" —
И сразу прячут все, что здесь нельзя.
А фотограф вдул стакан, долго крутит объектив.
На работе всё должно быть, всё без брака — первый сорт.
У девчонок денег нет, но с фотографом пойти
В "жёлтый дом" и водки выпить, литрбол он тоже спорт.
А им, конечно, наплевать, что мамка с папкой не велят
Чужому "дяде" наливать, они давно не "детский сад":
Они не льют — Им "дядя" льёт.
А под вечер на эстраде Оживает "Муравейник".
Все сидят, кому не лень, сели покурить.
Кто-то там обнял подругу, кто-то здесь открыл портвейн,
Но, забыв простой стакан, стал из горла пить.
А летом — просто красота: горсад кишит людьми;
Забиты злачные места, и лишь услышим: "Милиция!" —
И сразу прячут всё, что здесь нельзя.