Стал колдун одержимым вдруг злом, чтобы спасти душу его,
Решили мы всем селом с ним сотворить кое-чего.
Помню ярость безумных глаз, он не скрывал злобу свою.
Он всех ненавидел нас: «Да, я вернусь, слово даю!»
Он до конца довёл свою жуткую роль,
Смеялся в огне, не чувствуя боль.
Людей не покидал панический страх
Даже когда и ветер унёс его прах,
И развеял по просторам.
Первой жертвой священник был я обо всём летопись вёл.
Ветер его убил, а если точнее: до смерти довёл.
И каждый год отныне в этот же день
Мы находили мёртвых людей.
Возможно, в чёрном списке был и я,
Но почему-то ветер не трогал меня,
И не выпускал из дома.
Я помню тот момент, когда из огня
Яростный взгляд пал на меня.
И я искал спасенья в крепком вине
От историй, что ветер рассказывал мне.
"Я буду жить" - кричал он, - "вечно, вечно.
Будешь писать ты про меня!
Ты будешь мне служить вечно, вечно!
Как не ушёл я от огня,
Ты не скроешься от ветра!"