Вступление
"Да, летят года, лихие кони,
И веселья нет от скачки той..." -
Так сидел и думал я в вагоне
Поезда, что вёз меня домой.
Домой, где под седыми облаками,
Среди лесов, усыпанных жарками,
Раскинулась Байкальская земля,
Которую навек покинул я!
Болит душа, и слабая утеха,
Что не от лучшей жизни я уехал.
А от чего? - и сам забыл давно,
Я просто ехал и смотрел в окно...
"Да, летят года, лихие кони,
И веселья нет от скачки той..." -
Так сидел и думал я в вагоне
Поезда, что вёз меня домой.
А за окном мелькали сосны, ели
И огоньки затерянных селений...
И я, небось, заблудший огонек
Вот так же затерялся средь дорог!
Я помню, уезжал, а у калитки
Осталась мать в заплаканной накидке:
<Я помню, мать-старушка у калитки
Стоит в пуховой старенькой накидке:
"Ну что ж, сынок, прощай, счастливый путь!
А я уж как-нибудь, уж как-нибудь..."
"Да, летят года, лихие кони,
И веселья нет от скачки той..." -
Так сидел и думал я в вагоне
Поезда, что вёз меня домой.
И вот я здесь, к могиле клен склонился:
"Ну, здравствуй, мать! Вот я и объявился.
Поклон тебе, родная, и привет,
И новых песен радостный букет!
Послушай, мать, как сын твой вышел в люди,
Каким он стал, каким еще он будет!"
И слушали гитарный перезвон
Сыра земля да одинокий клён.
И слушали гитарный перезвон
Сыра земля да одинокий клён.