Даур Силькарь твой позывной, звенит эфир кристально.
Над ойкуменою опять ночь моросит.
Осенней, горькой виной трезвит исповедально.
Легко алмазная скоба взломала щит.
Межгалактический дозор приветствует команды.
Скрипит перо, дрожит струна — всё об одном,
Читают пламенный узор Седой Урал и Анды.
Дверь в небеса отворена крестопятном.
До судной доли голодны, кто дерзок и опасен.
Застыло время и вот-вот вспять поползёт.
В бой наставления даны беречь боеприпасы.
Вновь коловрат вращает свод, пьянит азот.
Шлёшь сигналы в небо ало,
Не таясь, открыто,
Без страховки — к чёрту кодировки.
Многократно вызов ратный
Брошен тьме акритом.
Боль несносна, слово меченосно.
Подписан властно приговор без жалости скабрезной,
Теперь магический ремфан мишень твоя.
И стар и млад, и здрав, и хвор, насытят кровь железом,—
Неумолим грядёт реванш, где мир двояк.
Где реки слёз, где недород, где каждый в пыль искрошен —
Корыто выпито до дна рай обещать.
Блестят клыки, кривится рот. Без лишнего скулёжа,
Без всякой оптики видна врага печать.
Шлёшь сигналы в небо ало,
Не таясь, открыто.
Без страховки — к чёрту кодировки.
Многократно вызов ратный
Брошен тьме акритом.
Боль несносна, слово меченосно.