В заповедных дремучих библейских лесах
Жил великий охотник, могучий Нимврод,
И любую, которая встретится, дичь
Бил без промаха он из засады и влет.
Натурально ему возносили хвалу,
Пожирая за ужином ляжку быка.
Исторической костью стуча по столу,
Племя пело о нем и осталось в веках.
Припев:
Сильный был зверолов перед Господом,
Сильный был зверолов перед Господом,
Сильный был зверолов перед Господом,
Сильный был зверолов, зверолов.
А у наших соседей недавно издох
Радость трех поколений, любимец двора,
Общепризнанный символ прошедших эпох -
Пылесос электрический марки "Урал".
На помойку его провожали толпой -
Бронированный труп, бездыханный металл,
И соседка ушла в восьмидневный запой,
Вспоминая как он и сосал, и сосал...
Припев:
Сильный был пылесос перед Господом,
Сильный был пылесос перед Господом,
Сильный был пылесос перед Господом,
Сильный был пылесос, пылесос.
А намедни у нас собирался народ,
Человек этак десять-тире-пятьдесят.
На повестке стоял архиважный вопрос:
Как нам быть, если крыши к весне полетят?
А в отверстую форточку мощный сквозняк
Дул без роздыху целых четырнадцать дней,
И построившись в равносторонний косяк,
Крыши чин-чинарем полетели к весне...
Припев:
Сильный был крышеснос перед Господом,
Сильный был крышеснос перед Господом,
Сильный был крышеснос перед Господом,
Сильный был крышеснос, крышеснос.
Он печется о нас, словно добрая мать,
Он нас любит, своих непутевых детей,
Он придумал, что пиво нельзя разбавлять,
И немало других нефиговых вещей.
Кто нам дарит подарки и ставит в тупик,
Кто нам радугу вывесил на небосвод,
Кто велел воробью говорить "чик-чирик",
Словом, чьи в лесу шишки? И скажет народ:
Эти шишки придуманы господом,
Даже шишки придуманы господом,
Наши шишки придуманы господом,
Наши шишки придумал Господь.