Где-то в Российской провинции,
В старой лачуге холодной
Живут дети и их родители,
Жизнью бедной и вечно голодной
Они трудятся и днем и ночью
На заводах за свой кусок хлеба
Но им вечно дядьки в строгих
Костюмах говорят то, что денег нету.
И они все усталые бледные,
Не имея ни правды, ни сил
Включат старый радиоприемник
И услышат, как кто-то спросил.
Хули ты ноешь? А?
(Посмотрел бы как люди в Сомали живут)
Хули ты ноешь? А?
А в другой российской провинции,
Живет доктор простой бородатый
Он работает круглые сутки,
Но не видит почти он зарплаты
Он мечтал нести людям здоровье,
Все болезни хотел победить
Но лекарств почти нету в больнице,
И больных ему нечем лечить.
И отца дети долго не видели,
Все чумазые, полуголодные
Ведь работа врача призвание
И не должна быть доходной!
Так, хули ты ноешь? А?
(В Габоне вообще колдуны вместо врачей)
Хули ты ноешь? А?
Ну а где то в столице России –
Самой великой державы.
В большом кабинете, в доме правительства,
Сидит депутат кучерявый.
Он на завтраки кушает устрицы,
Запивая их белым вином.
А потом выбирает себе новую яхту,
За огромным дубовым столом.
А однажды на пресс-конференции
Его спросят, когда же мы будем?
Жить как в Европе, а не в Гондурасе,
Жить как нормальные люди? (На что он ответит)
Хули ты ноешь? А?
(В Сирии вон война идет, и не ноет никто)
Хули ты ноешь? А?
(А в Европе вашей вообще одни педики)
Хули ты ноешь? А?
(Народ то гаденький пошел, ничего не ценит)
Хули ты ноешь? А?