Он не по своей воле пришедший, считал рождение сумасшествием.
Подобно Диогену что жил в бочке, он укрывался в оболочке.
Отрекаться привык, невозмутимый был лик.
Много понимал, часто повторял: Не родился бы я, будь воля моя.
Рождение на свет часто приносит вред. Не избежать всех бед.
С того дня стал понимать, что не в силах повлиять,
ДНК гены поменять.
И просто начал ждать, дабы ощущать благодать.
Думал обо всём и не думал ни о чём. Обо всём и ни о чём.
Ни о чём не думал будто, улыбался словно Будда.
Как Бенатар и Цапффе, он не верил в сказки, на лицах видел маски.
Ему был чужд полианизм, изучая организм, все же верил в гуманизм.
Осознавал несовершенство бытия, в перерывах от нытья,
Желал всем добра.
Очистил разум от порока и стал подобен Богу.
Он как Эмиль Чоран жил долго, красиво и с толком.