Во дворе, где радиола на конце иглы держала
Нить мотива и луны лимонный диск,
Пробивал гитарой-соло какофонию квартала
Такт за тактом ливерпульский гитарист.
А потом игла чихала, открывалась дверь балкона,
Дом полночный пестрой шторой делал вдох...
В послезвучье возникала темноглазая икона,
И отскакивали пальцы от ладов.
И шептал полночный идол в огорошенное небо
То ли имя, то ли рифму, то ли бред.
И казалось мне, обронит: «Милый мой, сейчас я выйду,
Мне родительское слово не запрет».
Мирно спал киоск с газетой, где объявлен был крамолой
Этот парень, что с пластинки хрипло пел.
Но парили над запретом эта девочка и соло,
И над ними – звезды, белые, как мел.
А вчера на углу, там где очередь кольцом,
Мы столкнулись с ней к лицу лицом.
- Я узнал вас по ногам и духам.
Не узнали и подумали вы: хам!
Вот ведь время лица нам подправило –
С#7
Ни на ощупь не узнать, ни на глаз.
И разговор у нас по правилам:
Хвастайтесь, я радуюсь за вас!
...Толстый, глупый и довольный, вот он,
Как павлин, как майский мотылёк,
Щурится со свадебного фото –
Ваш уже законный кошелёк.
С +9
А фото мне не нравится, но в общем не злюсь
+9
За то, что на картиночке не я вас приласкал.
Но в складках платья вашего спит дорогая грусть.
--------
И в кольцах изумрудных – зеленая тоска.