Закрыты ворота, и Бог и бес не в силах поднять засов.
Последний пост перед входом в лес, слюнявые морды псов.
Устал караул, но никто не звал его нести этот крест.
И я вздохнул, потому что знал: караул не из этих мест.
И на месте все, И патрон в стволе,
Переполнена лжи обойма.
Застывает курок в твоей руке,
Примерзает курок к твоей руке,
И не пойман твой враг, не пойман.
И не пойман твой враг, не пойман.
Его дома ждут, и вторую весну наливают стакан у пустого стула.
Но пост его тут, и судьба его тут, и никак нам нельзя без караула.
Но никто не кричал ему: «Караул!»
И никто не просил спасать очаг,
Но в ухо дьявол ему шепнул:
«Иди!» - это дьявол ему шепнул,
«Убей!» - это дьявол ему шепнул,
И трубку всадил в рычаг!
И трубку всадил в рычаг.
И не стало отца у пацана, застыла в глазах слеза.
И я не забуду его глаза, и ты не забудешь его глаза,
И он не забудет его глаза, а иначе нам грош цена.
А иначе нам грош цена.
И год пройдет и десять пройдет, и он ляжет спать постаревший и высохший,
И во сне к нему подойдет мальчик, отца под танком увидевший
И на месте все, и патрон в стволе, переполнена лжи обойма,
И не пойман за руку вор в Кремле, и не пойман за руку вор в Кремле,
Потому что не мог быть пойман! Потому что не мог быть пойман.
Кто хочет править, тот должен лгать, а мы хотим жить не по лжи.
И пусть нас травят, и пусть нас стравят -
Хоть полстраны под себя положи.
Но мы никому ничего не должны,
Да мы никому ничего не должны...
И время придет, и ответит тот,
Кто послал тебя в этот бой.
И кто с тобой, и кто не с тобой -
Все равно - до конца с тобой.
И кто с тобой, и кто не с тобой -
Все равно - до конца с тобой!
И время придет, и ответит тот,
Кто послал тебя в этот бой...