Развеем по ветру подмоченный порох,
И мы привыкаем, как деды, точь-в-точь,
Гонять вечера в незатейливых спорах,
Побасенки слушать и воду толочь.
Когда-то шумели, теперь поутихли,
Под старость любезней — покой и почет,
А то, что опять Ярославна в Путивле
Горюет и плачет, так это не в счет.
Уж мы-то рукав не омочим в Каяле,
Не сунем в ладонь арестантскую хлеб,
Безгрешный холуй, запасайся камнями,
Разучивай загодя, праведный гнев!
Недаром из школьной науки
Всего нам милей слова —
Я умываю руки, ты умываешь руки, он умывает руки —
И хоть не расти трава!
Не высшая математика, а просто, как дважды два!
Так здравствуй же вечно, премудрость холопья,
Премудрость мычать, и жевать и внимать,
И помнить о том, что народные копья
Народ никому не позволит ломать.
Над кругом гончарным поёт о тачанке
Усердное время, бессмертный гончар.
А танки идут по Вацлавской брусчатке
И наш бронепоезд стоит у Градчан!
А песня крепчает — «взвивайтесь кострами»!
И пепел с золою, куда ни ступи.
Взвиваются ночи кострами в Остраве,
В мордовских лесах и в казахской степи.
На севере и на юге —
Над ржавой землею дым,
А я умываю руки! А ты умываешь руки! А он умывает руки,
Спасая свой жалкий Рим!
И нечего притворяться — мы ведаем, что творим!