Нарисовать бы на холсте
Глаза простого работяги
Или как гордо плещут стяги,
И, вроде, краски - да не те.
Нарисовать бы купола,
Чтоб душу взять за горловину,
Но это будет половина
Картины, что душа ждала.
Я написал бы на холсте
Седых просторов пасторали,
Но молода ли жизнь, стара ли -
А ищет правду в красоте.
Чем на себя надеть хомут
И тлеть художником известным,
Хочу непонятым, но честным
Сгореть. А честным - так поймут.
И свет оставили во мне
Следы народного кумира
Не на больших дорогах мира,
А на тропе в моей стране.
Я научился понимать
Язык отверженной культуры,
И на себя карикатуры
Мне остаётся рифмовать.
Подозреваемы во лжи
И перед господом судимы,
С осточертевшего пути мы
Сойдём, ты только укажи.
И жил бы счастливо,
Года на сбережения меняя,
Да голова моя дурная
Не даст покоя никогда.
И, может, на беду свою
Я невесёлой кистью вскорю
Боль женщин, вышедших из строя,
Солдат, оставшихся в строю,
Как лезут к власти женихи
Из благодетелей спесивых,
Чьи фотографии на ксивах
Дают им право на грехи.
Непокорённая земля
Поделена на чьи-то дачи,
Страна попала под раздачу
Наград за стенами Кремля.
И, созерцая этот бред,
Мои соратники по цеху
Рисуют людям на потеху
Холсты, в которых смысла нет.
Я, не добившись ничего,
Картину злую нарисую,
Не помянув искусство всуе,
Не претендуя на него.
И, красоту в душе храня,
Пишу картины этой грязью,
А полотно любви и счастья
Изобразят и без меня.
И, красоту в душе храня,
Пишу картины этой грязью,
А полотно любви и счастья
Изобразят и без меня.